Ода вечной красоте раскрывается искрящийся фруктово-гурманской прелюдией к роскошному цветочному букету, в котором звучат мягкость гелиотропа и чувственные пудровые аккорды ириса и гвоздики...
Таинственности, благородства и элегантности добавляют мускус и звучание ценных пород дерева.
Она вернулась! Я могу угадать её присутствие: позади меня, по этой легендарной Лексингтон-Авеню стучат её шпильки... Я поворачиваюсь, и, действительно… её стройный силуэт реальнее, чем когда-либо... Наслаждение для глаз, тревог для души...
Таинственная аура сопровождает этот почти нематериальное явление во время прогулки, так красиво, так элегантно... Кто она? Откуда? Ангел из другого мира? Ожившая скульптура, созданная каким гением? Прекрасный образ, безмолвная мечта… если бы не перестукивание её туфелек на шпильках…
Таинственности, благородства и элегантности добавляют мускус и звучание ценных пород дерева.
Она вернулась! Я могу угадать её присутствие: позади меня, по этой легендарной Лексингтон-Авеню стучат её шпильки... Я поворачиваюсь, и, действительно… её стройный силуэт реальнее, чем когда-либо... Наслаждение для глаз, тревог для души...
Таинственная аура сопровождает этот почти нематериальное явление во время прогулки, так красиво, так элегантно... Кто она? Откуда? Ангел из другого мира? Ожившая скульптура, созданная каким гением? Прекрасный образ, безмолвная мечта… если бы не перестукивание её туфелек на шпильках…